Герб города Кирсанова

Ленинец
1989 год
(июль-август)

Орган Кирсановского горкома КПСС, районного и городского Советов депутатов трудящихся Тамбовской области. Газета выходит четыре раза в неделю: во вторник, среду, пятницу и субботу. Тираж 9020. Цена 2 коп. Редактор В.Е. Петровский.

04.07.1989
№ 106 (13668)

Земле нужен хозяин
или Каких перемен ждет агроном

Нередко кирсановцы высказывают неудовлетворенность: пойдешь, дескать, в магазин, а там выбрать нечего, особенно продуктов питания. Кто в этом виноват? Указывают на агрономов. При этом рассуждают, что как специалисты они перестают быть настоящими технологами, мало заботятся о том, чтобы повышалась урожайность полей, больше производилось разнообразных продуктов. Так ли это?

В агрокомбинате «Кирсановский» за «круглый стол» собрали главных агрономов. Присутствовали из колхозов имени Ленина – А.А. Курганов, «Вперед к коммунизму» - Т.И. Шубин, «Память Кирова» - И.И. Верещагин, имени Дзержинского – Н.Д. Шатунов, совхоза «Кирсановский» - В.В. Петровский. Вел беседу со специалистами заместитель генерального директора агрокомбината по растениеводству А.В. Шипилов.

Во всем ли виноват специалист?
Шубин: Если откровенно сказать, то агрономы во многом пока бесправны. Такой факт. Нынешней весной, как всегда, торопили с севом сахарной свеклы, хотя на словах агрономам предоставили в этом деле как бы самостоятельность. Знал, что нельзя сеять, потому что не была подготовлена почва – сорняки не спровоцированы и не уничтожены, посеешь – они забьют свеклу. Дней четыре-пять подождать бы. Где там! Сей – по сводке отстаем. Пришлось подчиниться. А результат? На плантации люди с тяпками в поте лица трудятся. Как бы там ни было, однако высокого урожая не получишь, да и затраты лишние.

Шатунов: Где промашка – агроном виноват. Был со мной случай. На погонном метре оставил десять растений сахарной свеклы. Доказывал, что хотелось обойтись без ручной прорывки. И слушать не стали – наказали: наложили штраф в размере месячного оклада. Осенью на этом поле собрали с гектара по 280 центнеров корней, но наказание не сняли, и оклад не вернули. Получается, что специалистом командуют все, кто хочет. Но коль специалисту, то доверять надо. Иначе какая же может быть творческая работа? В сельском хозяйстве и рисковать приходится. А тут хочешь не хочешь – делай с оглядкой. Так и висит над тобой «домоклов меч», зазевался – не расплатишься. Вот и глушится инициатива агронома, становится он простым исполнителем воли председателя, а еще хуже, какого-нибудь некомпетентного уполномоченного.

Верещагин: Чем порой занимается агроном? Организационной работой: людей собираешь, даешь им наряд. Кто-то, скажем, напился – воспитываешь, составляешь акт на прогульщиков. Оглянешься – заниматься некогда своим делом. Вроде бы и встаешь пораньше, и ложишься попозже, а что толку?

Грамотно работать с землей
Шубин: Агроном должен постоянно и грамотно работать с землей, но у него нет такой возможности. Какой химический состав почвы, мы не знаем. Поэтому вносим минеральные удобрения наугад. Органику в поле сваливаем в кучи. Пройдет какое-то время – растаскиваем ее бульдозером: где густо, а где пусто. А надо бы разбросать перегной и сразу его запахать, но не хватает техники. Порой мешает неорганизованность. Скажем, нужен трактор агроному, а председатель колхоза послал его на строительство. В это время в поле приостановились работы. В колхозе много техники, но много и ненужной. Отечественные заводы выпускаю некачественные сельхозмашины. В районе появились югославские культиваторы. Одновременно они выполняют несколько операций. На них установлены пружинные лапы. Да наши деды работали с такими культиваторами, а теперь наша промышленность их не выпускает, и мы закупаем эти машины, как новинку, за границей.

Шатунов: Да что там культиваторы, в хозяйстве не найдешь хорошего плуга.

Верещагин: Нередко в колхоз доставят новую машину, а она неукомплектована. В поле надо работать, а все ходят возле этой машины и не знают, что делать. Никто за такие вещи не отвечает. Хозяйство несет от этого убытки.

Шатунов: Нас, агрономов, обвиняют, что нередко мы вносим в почву минеральные удобрения без учета положенной дозы или нормы. Это неверно. Каждый агроном придерживается установленных инструкций. Другое дело, когда мы пользуемся результатами химического анализа почвы в хозяйствах пятилетней и большей давности. А надо постоянно знать изменения, чтобы прогнозировать, под какую культуру что вносить. Лаборатории для этих целей нет не только на местах, но и в районе. Не имея на руках данных о состоянии и «здоровье» почвы, мы не можем успешно вести борьбу за повышение урожайности всех культур. Почему это стало проблемой? Никто не хочет заниматься. Работаем не на перспективу, а на авось.

Путь на ВДНХ СССР – не заказан
Шипилов: Года три назад я ездил на ВДНХ СССР, интересовался, какие новые приборы есть в помощь агроному. Демонстрировали там лабораторию, но она не совсем совершенна и стоила дорого.

Шубин: Давно я не был на Главной Выставке страны. Почему бы не организовать туда поездку агрономов? Думается, была бы от этого польза.

Участники «круглого стола», дискутируя на эту тему, пришли к выводу, что теперь не те времена, чтобы, как говорят, ждать у моря погоды. Надо перестраиваться. На ВДНХ СССР, в павильоне «Земледелие» представлены новые экспонаты, которые заинтересуют специалистов. Демонстрируется переносная лаборатория агронома. Она выпускается Павловским заводом медицинского стекла. Стоит эта лаборатория чуть более 1000 рублей. Привлечет внимание расчетчик агронома «Агрохимии», «Хронополяограф», с помощью которых можно определить чистоту воздуха, почвы, воды, агрохимический набор «Садовод» и другие необходимые в работе агронома приборы. Что очень важно, все это демонстрируется на Выставке в Москве не ради показа, через павильон «Земледелие» можно сделать на них заявки и приобрести.

«Так ведь и по миру можно пустить»…
Верещагин: Хочу вернуться к разговору о минеральных удобрениях. С каждым годом их поступает все больше и больше. Многие туки дорогие, однако хранить их негде. Привезут в колхоз сыпучие удобрения, свалят их где попало, а агроном потом выкручивается: и чтоб своевременно, правильно внести их в почву, и чтоб они не попали под дождь, и чтоб не нанесли вред окружающей среде. В селе немало строят, но о складах для удобрений забывают. Почему? А, мол, подождет. Нашелся бы хоть один экономист и подсчитал, какие убытки терпят хозяйства от порчи и неправильного использования минеральных удобрений. Принес бы он расчеты руководителю и сказал: «Так ведь и по миру можно пустить. Чтобы избежать этого, не лучше ли построить склад для удобрений».

Курганов: Где в нашем колхозе хранятся ядохимикаты? За амбаром. Тогда как многие из них требуют к себе определенного режима. Нарушил его – ядохимикаты теряют свою ценность. Не раз приходилось сталкиваться с таким фактом. В поле появились сорняки, вредители, срочно отправляешь агрегаты с опрыскивателями для борьбы с ними. Рассчитаешь, как полагается, по норме дозу ядохимикатов, а они не действуют. Кого виним? Заводы-изготовители, но только не себя, потому что легче жить безответственными. Порой сделать какую-нибудь показуху – не жалеем денег, построить склад для удобрений – ссылаемся, что нет для этого средств.

Техника без запчастей
Шатунов: Под открытым небом у нас не только удобрения, но и техника. Она ржавеет, портится. Придет пора использовать тракторы, комбайны на полную мощность, а они из-за частых поломок простаивают в борозде. Каково от этого агроному? Хлеб не ждет, осыпается. Планировал получить высокий урожай, а в амбар его ссыпали намного меньше. Допустили потери.

Верещагин: В колхозы и совхозы района поступает комбайн «Дон». Цена его ой-ой-ой какая! Где будем ставить комбайн? Опять же на машинном дворе, под открытым небом. Скажут, чего ты хочешь? Думать надо, искать и находить выход.

Шубин: Поломался трактор или комбайн – главного инженера днем с огнем не сыщешь. Где он? Колесит по округе в поисках запасных частей, а он должен быть, как и агроном, в поле, возле техники. Случилась поломка – тут же надо исправить.

Петровский: Главный инженер превратился в доставалу. Бывает, день потратит, чтобы найти и привезти в хозяйство пачку электродов. Инженеры должны быть отраслевые: отдельно – в растениеводстве, отдельно – в животноводстве и хорошо выполнять свое дело. Непонятно, зачем нужны еще главные инженеры?

К арендаторам – со старой меркой
Курганов: В колхозе имени Ленина цех растениеводства перешел на арендный подряд. Однако люди все еще присматриваются. Они хотят быть уверенными, что не прогадают. И задуматься им есть над чем. Цены на технику, удобрения высокие, а на продукцию растениеводства низкие. Предлагают нам комбайн «Дон». Ничего не скажешь – машина хорошая. Но ведь и заплатить за «Дон» надо приличную сумму – свыше 40 тысяч рублей. Нужны к ней еще приставки. Наши механизаторы уже подсчитали: цена за «Дон» в общей сложности подскочит до 70 тысяч рублей. А один центнер, скажем, ячменя стоит восемь рублей. Представляете, сколько потребуется произвести зерна, чтобы купить эту дорогостоящую машину?

Шубин: А ремонт «Дона»? Запасных частей нет. Если что сломается, где достать необходимую деталь? Опять же обернется втидорога, потому что специальной гарантийной базы, обслуживания нет. Вот арендатор и почесывает себе затылок.

Курганов: К арендаторам по-прежнему подходят со старой меркой. Правление колхоза забирает себе львиную долю дохода. Видите ли, надо что-то строить, приобретать. И арендаторов об этом не спрашивают: согласны они или нет? Необходимо реконструировать, расширить кирпичный завод. Согласен, дело нужное. Но ведь надо строить и склады под удобрения, и гаражи, навесы для машин. Хотя бы пополам делили доход, тогда что-то можно выгадать и для цеха растениеводства. А так, размышляют арендаторы, бесперспективная работы, интерес к ней пропадает. Выходит, что на словах дают самостоятельность, а на деле ее глушат.

Учиться торговать
Верещагин: Много говорим о торговле, о социалистической предприимчивости, о межколхозных, межотраслевых связях, а в собственном колхозном рынке не можем навести порядок. Кто там «верховодит»? Частник. Редко там выставляют свою продукцию колхозы и совхозы.

Курганов: Наше хозяйство заключает договора с Кирсановским консервным заводом на поставку продукции, а какой результат? Привезем туда машины две яблок, нам говорят: хватит. Почему? Оказывается, поставляют им такую же продукцию из Волгограда. А нашу куда? Помыкаемся-помыкаемся – и стравим свиньям. Вырастили однажды помидоры для консервирования. Качество отличное. Не смогли реализовать. Наступили морозы – пришлось их запахивать. В колхозе есть холодильные установки, но ни в районе, ни в области нет специалистов по их установке и обслуживанию, и они часто бездействуют.

Верещагин: Я как-то подсчитал, что только один наш колхоз может обеспечить на весь год картофелем население Кирсанова и района. Но получается так, что мы, специализирующиеся на производстве картофеля, сами закупаем себе семена на стороне. Парадокс, но факт. В колхозе построили картофелехранилище. Комиссия его приняла, хотя для этого не пригласили ни одного колхозного специалиста. Теперь выяснилось, что хранилище непригодно для эксплуатации: крыша течет, в дверях – щели. Зимой промерзнет там продукция.

И разве это единственный факт. Сколько можно еще привести подобных примеров бесхозяйственности, формального отношения к делу.

Как поднять престиж агронома?
Шубин: Об агрономе чаще говорят как о специалисте. Но не надо забывать, что он еще и человек. Ему также нужны нормальные условия для творческого труда. Порой он их не имеет. Простого агрономического уголка не может создать – нет помещения, а где там, чтобы оборудовать лабораторию.
Верещагин: Агроном является как бы приставкой руководителя, он выполняет его волю.

Шатунов: Даже транспорт дают ему в последнюю очередь и такой, на котором день поездишь – два дня надо ремонтировать.

Курганов: У агронома ненормированный рабочий день. С ранней весны до глубокой осени – в поле. Трудится без выходных. Спрашивают с него за каждый промах. Но когда подойдет пора делить доходы, то, потирая руки, все подходят к «столу яств» и требуют: давайте разделим поровну.

Агрономы – участники «круглого стола» - вели откровенный разговор. Может, в отдельных их высказываниях был, как говорится, крик души. Но это еще раз подтверждает, сколько в сельском хозяйстве накопилось проблем. Их надо решать, выходить из застоя.

Участники «круглого стола» в большинстве своем – опытные специалисты, прошедшие тернистую дорогу своего становления. Было на их пути немало побед, были и горечи неудач. Но все агрономы в едином порыве, как ускорить перестройку, как сделать, чтобы в советской семье постоянно был достаток в продуктах питания, чтобы крестьянин был на земле подлинным хозяином, а сельское хозяйство стало процветающей отраслью, чтобы не мы, а к нам ездили из-за границы закупать хлеб.
В. Кузнецов.

07.07.1989
№ 108 (13670)

Быль и новь Молоканщины

В первые десятилетия Советской власти на территории Молоканщины был свой сельсовет. Он возглавлял работу с населением. Проводил сходы, на них принимали твердые установки. По ведомостям сельсовета до организации колхоза в Молоканщине было общественного леса больше 300 гектаров, сенокосных угодий больше 250 гектаров. Были выгоны для пастьбы скота. Лошадей было под 300 голов с молодняком, коров – тоже под 200 голов с молодняком. Само поселение занимало 100 гектаров. Улиц было шесть, все покрытые зеленым ковром.

По улице Загуменщина тянулась дорога до Чутановки. Она проходила по двум мостам. По этой дороге ездили и ходили пешком, по краю дороги рвали цветы.

На территории Молоканщинского сельсовета был птичник, который просуществовал до 1952 года. На Песках стояла мельница. Она вырабатывала пеклеванную муку.

В 1930 году организовали колхоз, построили две конюшни, овчарню, кладовую, мастерские, правление. Земельных площадей у колхоза было 1500 гектаров. В него вступили все сельчане, построили красный уголок. Правление колхоза совместно с общим собранием решило разводить овощные и бахчевые культуры. Колхозники стали жить лучше. Колхоз стал давать большие доходы в денежной сумме. Хлеба стали выдавать на трудодень от трех килограммов до шести. Денег – от трех рублей и больше.

В 1950 году нас слили с колхозом в Шиновке. В Молоканщине осталась одна бригада. В настоящий момент в Молоканщине не осталось никакой памяти о том, что тут когда-то было. Улицы уже не покрыты зеленым ковром. Они изрезаны машинной колеей и изрыты ямами. Обращались в Калаисский сельский Совет. После этого сельский Совет взялся за ремонт наших улиц. Завезли на три километра три машины щебенки, и на этом кончилась вся помощь. В настоящий момент на улицах ни пройти и ни проехать, нет никакой дороги, а если и есть, то вся завалена мусором. А председатель сельисполкома М.П. Иванова не обращает на это внимание. На совещаниях же выступает и говорит, что чуть ли не все у нас хорошо. Не пора ли Марии Петровне от слов переходить к делу?

Мы начали ходатайствовать о проведении водопровода. Колхоз выделил людей. Были намечены скважины, колодцы контрольные. Но до сих пор ничего нет: ни дороги, ни воды.

Депутатов в сельском Совете очень много, но их мы видим очень редко, от случая к случаю. Не собираются сходы, чтобы народ поговорил о своих вопросах.
А. Галагазин,
колхозник, инвалид Великой Отечественной войны.

Комсомольцы двадцать четвертого года

Одна из примет нашего времени – всевозрастающий интерес к истории советского общества. Наверное, уже не надо объяснять, что истоки многих реальностей сегодняшнего дня лежат в довоенной поре. Это вполне относится и к истории Ленинского комсомола, которую мы зачастую продолжаем изучать по бравурным хроникам дат и событий, составленным в духе застоя. Оторванные от проблем своего времени, данные без связи с другими событиями эти факты сейчас либо воспринимаются скептически, либо продолжают формировать ошибочные образы, идеалы.

Обратимся сегодня не просто к цифрам, датам, постановлениям комсомольцев 1924 года. Попытаемся ощутить атмосферу, в которой они рождались…

Говоря о двадцатых годах, мы нередко сводили всю историю комсомола тех лет к цепи геройских поступков, смертей во имя революции. О тех, кто не жалел жизни ради счастливого завтра, забывать ни в коем случае нельзя. Но беда в том, что если мы забываем о неудачах, нерешенных вопросах, память о героях становится чем-то вроде красивой легенды, показывающей идеалы, в реальность которых верят далеко не все.

Кроме того, надо помнить, что обстановка в стране, в партии, комсомоле в течение двадцатых годов резко менялась. Совсем иными были, например, задачи, стоящие перед комсомолом в 1922 и 1924 годах, иными были и методы их решения.

В 1922 году Тамбовский губком РКСМ вполне серьезно связывал огромный рост проституции, как, впрочем, и прочие беды, с введением новой экономической политики, предлагая организовать союз проституток, внутри которого повести воспитательную работу. Данную проблему предполагалось решить путем усиления агитационной и литературной деятельности и предоставления воспитуемым вне очереди работы, обходясь без применения мер насилия.

1924 год проходил уже под знаком более серьезного обсуждения проблем текущего момента. Он характерен острыми дискуссиями на собраниях и конференциях, более трезвым анализом. Правда, не надо упрощений, сводящихся к идеализации. В том же НЭПе некоторые по-прежнему выпячивали лишь отрицательные стороны.

В начале 1924 года еще можно встретить случаи исключений из комсомола за… танцы. Такая участь, например, постигла в Кирсанове комсомолку Панферову. Но при всей бескомпромиссности, сопряженной с будущим, в мыслях комсомольцев даже этого общегородского собрания хочется многое взять на вооружение. Чем не актуально сегодня это собрание, постановившее прекратить курение и грызение семечек в общественных местах, добиваясь в дальнейшем через «научную работу» прекращения курения, изжить «привычку рабства» - сквернословие, совершенно отказаться от употребления спиртных напитков, в том числе и пива? Не надо, наверное, смеяться, особенно в наши дни, и над введением обращения на «ты».

Кстати, давайте попытаемся вспомнить хотя бы некоторые фамилии тех, кто присутствовал на этом собрании, их товарищей из сел уезда. Благо, в Тамбовском партархиве сохранились личные листки некоторых активных комсомольцев.

Среди них Григорий Бакатов, политпросветработник. Сын врача: болгарского эмигранта. В РКСМ с декабря 1922 года. Безработный.

Соломон Ициксон – ответсекретарь Инжавинской ячейки. Владеет немецким и еврейским языками. В РКСМ вступил в 1919 году, работая ретушером в фотографии «Рембрандт». За плечами Оржевская школа-коммуна, особый отдел охраны северных границ при Архангельской губчека. Вполне можно назвать художником. С января 1923 года завэкономработой в коме РКСМ.

Алексей Троцкий. В 1917 году остался сиротой. Батрачил. Приехал из Челябинской области к брату в коммуну «Путь».

Дмитрий Кривошеин – секретарь ячейки совработников. Член Союза с 1923 года. Как сказано в характеристике, инициативен, дисциплинирован, но слабо развит политически.

Активную роль в жизни Кирсановского комсомола играли также секретарь железнодорожной ячейки А. Семенов, секретарь ячейки коммуны «Победа над капиталом» Д. Гребенщиков, секретарь Оржевской ячейки Д. Рязанов, Анна и Александр Ряшины, Александр Яичников, Георгий Савельев, Павел Николаев, Иван Плаксин, Василий Печенкин, Василий Меньшов… Всего в Кирсановском уезде в 1924 году работало более 30 сельских ячеек.

Год 1924-й, год смерти В.И. Ленина. Год скорби, год множества мероприятий его памяти. Фактически любой комсомольский форум начинался минутой молчания. Уже в январе многие комсомольские организации Кирсановского уезда выступили с предложениями о присвоении комсомолу имени Ленина.

27 января общее собрание рабочих и служащих совместно с ячейкой РКСМ станции Иноковка заявило: «Клянемся в день похорон нашего вождя, что будем твердо продолжать намеченные им цели. Еще крепче сплотим ряды пролетарских союзов, рабочих и крестьян». Собрание также высказалось за присвоение комсомолу имени Ленина.

Поддерживая поток подобных предложений, XII губернская конференция РКСМ 14 июня в своей резолюции заявила: «Это название для молодых ленинцев будет ежеминутным напоминанием того, что после Ленина предстоит еще более напряженная работа с непоколебимой бодростью и уверенностью в свое дело».

12-18 июля в Москве работал VI съезд комсомола, присвоивший РКСМ имя Ленина. Среди делегатов съезда был и кирсановец Катков. Кроме него в Тамбовскую губернскую делегацию входили также Полосин, Брюханенко (одно время они тоже состояли в Кирсановской уездной организации), Ситников, Выриков, Обухова, Лунин, Самарский, Обухова, Кулаков, Екимов, Касьянов. В манифесте, с которым они вместе с другими делегатами съезда обратились к коммунистической молодежи страны, говорилось: «Не для красного словца, не из желания носить лучшее из всех имен, не только для того, чтобы вся трудящаяся молодежь всех народов, населяющих СССР, вместе со своим передовым отрядом – Коммунистическим Союзом Молодежи прониклась единой волей и твердой решимостью научиться по-ленински жить, работать и бороться, осуществлять заветы, оставленные нам Лениным».

Созвучны этим словам и центральные выступления съезда. Н.К. Крупская особо подчеркивает: «Ленина не надо превращать в икону. Надо, чтобы его идеи служили руководством к действию». Выступивший с приветствием от ЦК партии Н.И.Бухарин тоже говорит прежде всего о практических задачах в деятельности комсомола. Опираясь на ленинские положение о пагубности любого зазнайства, самоуспокоенности, Н.И. Бухарин отмечает: «Тот огромный рост, который союз сейчас переживет, которым он может до известной степени хвастаться, ни в коем случае не должен поставить вашу мощную молодую организацию в положение зазнавшейся организации. Самая громадная опасность, которая вам сейчас грозит, идет именно по этой линии. Не зазнавайтесь, товарищи!».

Кирсановскому комсомолу в момент созыва VI съезда РЛКСМ действительно было чем гордиться. Во многих селах его ячейки фактически играли главную роль в проведении в жизнь политики партии, так как партячеек там не существовало. Эти ячейки активно участвовали в работе комитетов взаимопомощи местных кооперативов.

Комсомол завоевал большой авторитет, помогая защитить интересы различных слоев молодежи. Провели массовое медицинское освидетельствование подростков. Добились предоставления работающим подросткам летних отпусков. Активно работал в Кирсанове клуб молодежи. На пленумах губкоммола отмечалось, что кирсановцы охотнее посещают именно этот клуб (существовал еще Дом крестьянина).

1924 год – год роста комсомольских рядов. В период между XII и XIII губернскими конференциями РЛКСМ в комсомол вступило 6517 тамбовчан. Общая численность комсомольцев губернии к XIII конференции составила 15 тысяч. Комсомольцы все отчетливее начинают сознавать, что без работы в массах дальше не продвинешься. На собраниях резко осуждаются любые попытки самоизоляции. Ведь доходило дело до того, что непристойным для комсомольца считался брак с беспартийной. Девушки, даже склонные вступить в комсомол, боялись комсомольцев, потому что часто видели секретаря, лишь важно разгуливающего по улице, в лучшем случае делающего непонятный для многих доклад. Кампании, ставящие целью укрепление комсомольских рядов, в прежние годы часто сводились к проведению череды ежедневных собраний. Теперь во многих ячейках начинают осознавать, что пренебрежение к «деревенским посиделкам» нерезультативно. Нелишне иногда и там показать свои умения. а заодно рассказать о комсомоле. Поэтому не случаен рост процента девушек среди вступивших в комсомол, хотя по-прежнему юношей вступило почти в 7 раз больше.

Решительно осуждаются на собраниях и пленумах случаи отрыва комсомольцев от хозяйственной работы. Трудно не согласиться с Языковым, который на пленуме губкома РЛКСМ 26 июля 1924 года говорил об этом, как о дискредитации союза. Он подчеркивал, что прежде всего надо показывать пример в труде. В протоколах собраний ячеек можно встретить замечания о необходимости устранения экстремизма в атеистической работе.

Отмечая рост комсомольских рядов, надо заметить, что на местах часто не выполнялись инструкции о приеме в комсомол. Происходил стихийный рост крестьянской молодежи в Союзе. На практике часто забывались бухаринские требования на VI съезде РЛКСМ, ставшие одними из центральных установок партии: «Помните прежде всего о том, что тот рост, который ваш союз испытал, в то же самое время сопровождается громаднейшей цифрой политической безграмотности среди членов вашего союза. Помните, по вашим собственным анкетам около 70 процентов членов вашего союза являются политически безграмотными. Помните, какая опасность скрывается в этом для всех нас и для вашего союза в том числе».

Политико-просветительная работа, насколько позволяют судить архивные документы, была одним из самых слабых звеньев в деятельности Кирсановского комсомола. Нет, судя по цифрам планов, по задумкам резолюций все нормально. Только вот невыполнение их стало почти правилом, как и некачественность, слабая эффективность работы политкружков.

Одна из характерных пример времени – романтизация комсомольской деятельности. Когда в начале сентября в Кирсанове отмечали Международный юношеский день, его кульминацией стала инсценировка, дополнившая доклад о положении молодежи на Западе. При скоплении трех тысяч кирсановцев было разыграно нападение «фашистов» на произносившего речь комсомольца. Они были «отбиты» «флототрядом». С дружным «ура» комсомольцы свалили сидящего «капиталиста» в яму с его капиталом и бросили лозунг: «Смерть капиталистам и их прихлебателям!» Вечером состоялся спектакль для 1590 детей. (Кстати, до этого в Доме крестьянина прошел бесплатный обед для пионеров).

Не стоит копировать такие митинги. Но важно уяснить, что даже самый хороший, самый аргументированный доклад далеко не всегда запоминается надолго. Особенно это было справедливо тогда – в условиях относительной безграмотности.

Прав был Николай Иванович Бухарин, придавая огромное значение в своих выступлениях перед молодежью эмоциональности воспитания, необходимости учета, «психофизической конструкции молодежи». По его мнению, циркулярами юных не убедить, инструкции душат инициативу молодежи.

Однако, как показывает опыт 1924 года, нельзя преувеличивать занимательную сторону идеологической работы. В октябре 1924 года кирсановская организация была подвергнута серьезной критике. Как подчеркивалось на пленуме губкоммола, клубы там дошли до рассказов «Сказки о земной и небесной любви».

Вместе с тем борьба за преодоление упрощенческих перегибов часто приводила не к преодолению действительных недостатков, а к выхолащиванию интересности комсомольских дел, к их бюрократизации. Растет число различных инструкций, иногда ежемесячно копируемых. Они расписывают планы проведения даже каких-нибудь праздников на местах, уничтожая дух живой инициативы.

Тревожат нотки зажима критики в адрес комсомольских вожаков. Критиков на XII губернской конференции одаривают совсем неоправданно ярлыком «оппозиционеры».

Нет, вождизм пока не силен. Показателен такой факт. На этой конференции организация прощалась с бывшим своим руководителем Леонидом Ильевым. Предложили вынести ему благодарность. Однако это предложение было снято с голосования, не найдя поддержки. И это нельзя считать неодобрением деятельности Ильева. Комсомолец Севостьянов заявил, что поскольку в резолюции признали удовлетворительной линию губкома, то это относится и к Ильеву и для него это должно быть достаточно. Кулаковский был еще принципиальней: «Я считаю вынесение благодарности за хорошую работу совершенно неуместным, так как коммунист обязан работать в меру всех своих способностей и сил и получать за это благодарность не должен». Нам бы такого подхода к делу!

Но увлечение количественной стороной работы становится все явнее, особенно в формировании комсомольского пополнения. Не принимается кардинальных мер по улучшению идеологической работы. Принимаемые постановления часто копируют еще невыполненные предыдущие решения.

Усиление бюрократических тенденций, в частности, ярко проявилось в одном из важнейших направлений комсомольской работы – ликвидации безграмотности. В 1923-1924 учебном году плановое задание было выполнено комсомолом губернии всего на 31 процент, в следующем показатели еще ниже – 22,9 процента.

А ведь уже в этом, 1924 году Сталин на апрельском совещании при ЦК РКП(б) по вопросам работы среди молодежи определил роль комсомола только как резерва партии и инструмента в ее руках. И хотя этот тезис еще не популярен, хотя в документах партии 1924-1925 годов комсомол еще называется самоуправляющейся (то есть самостоятельной) общественно-политической организацией, подчеркивается политический характер его деятельности, он начинает все активнее включаться в партийно-государственную систему командно-бюрократических методов управления. Начинается процесс деформации ленинских принципов комсомольского строительства.
А. Слезин,
преподаватель истории
КПСС ТИХМа.

29.07.1989
№ 121 (13683)

Возвращайтесь в село, мужики

Сколько таких случаев: человек уехал по каким-то причинам из села в город. Устроился там. Получил квартиру, скажем, на третьем или десятом этаже, с балконом или лоджией. В квартире – богатая обстановка, цветной телевизор, холодильник, газовая или электрическая плита, санузел, ванная, словом, можно неделями не выходить из дома. И вдруг ни с того, ни с сего у такого человека здесь, в тиши городской квартиры, засосет, как говорят, под ложечкой. нападет тоска по отчему краю. Вспомнит луг с разноцветьем трав, рощу, где поет соловей, речку, где когда-то мальчишкой ловил пескарей, за околией поляну или так называемый «пятачок», где парни и девушки водили хороводы, пели песни, частушки под гармошку или балалайку, березку, под которой назначал свидание с милой – и хоть ложись на диван или кушетку, закрывай ладонями лицо и рыдай.

Те же крик, томление души и в письме, присланном в «Ленинец». В нем говорится: «Дорогая редакция! Хотелось узнать: будет ли жить Свищевка? И как здравствует там председатель кооператива Зеленов Юрий Николаевич. Нам очень интересно: в селе два женатых брата живут вместе с родителями. Такое в наши дни редкость». И подпись: бывшие жители села Свищевка Игошины.

Будет ли жить Свищевка? В этих словах – тревога за будущее села. Свищевка расположена на дне глубокой лощины, там, где из родниковых струй начинает свой бег небольшая речушка Иноковка – приток Вороны. Левый склон лощины лесистый. Летом в урочищах много грибов и ягод, зимой – и поохотиться можно на зайца, лисицу.

На правом склоне лощины – огороды. Отсюда вдаль уходят поля. Земли здесь – тучные черноземы. Сельчане иногда шутят: воткни палку – вырастет оглобля. Может, поэтому многие свищевцы, уехавшие в город, скучают по дорогим местам, как поется в песне «Но все так же ночью снится мне деревня, отпустить меня не хочет родина моя…»

Сказание о Свищевке
Когда-то Свищевка была многолюдным селом. После объединения на месте мелких хозяйств образовался укрупненный колхоз имени Максима Горького. Экономически он быстро шел в гору. Потом часто менялись руководители, и хозяйство стало хиреть. Влили его в совхоз «Иноковский», сделав из колхоза отделение.

Потом кто-то отнес отдаленные села в разряд неперспективных. Это слово, как указание сверху, подхватили и стали строить иллюзии, что на центральные усадьбы надо переселить людей из «медвежьих уголков». Началась очередная надуманная кампания. Попала в разряд неперспективных и Свищевка. Люди собирали пожитки, заколачивали дома и уезжали… Нет, не на центральную усадьбу – в город. Люди плакали, но покидали родные места. Потому что не проглядывалась никакая перспектива: в селе свертывали такую доходную отрасль, как животноводство. На отшибе, ближе к Ковылке, построили молочный комплекс и туда стали возить доярок из Свищевки. До дорог с твердым покрытием – 5-7 километров. В распутицу можно добраться до них, если приспичит нужда, пешком или на тракторе. В магазин с перебоями завозили хлеб и другие товары. Первой порушили школу-десятилетку. Она возвышалась на взгорье. Деревянная, двухэтажная. Растащили по бревнышку…

Упрямые братья
За десять лет, начиная с 1976 года, население в Свищевке убавилось наполовину. И лишь крепко держались за родительский дом братья Юрий и Андрей Зеленовы. Не хотелось, ох как не хотелось уезжать им из села. Отец, Николай Яковлевич, участковый инспектор Ковыльского куста, и тот поговаривал, мол, подойдет срок идти на пенсию, подадимся туда, где многолюднее. А сам нет-нет да пройдется по селу, повздыхает, остановится перед свои домом, который построили, загадывая наперед, вместе с отцом, дедом Юрия и Андрея, Яковом Андреевичем на большую семью. Мать Юрия и Андрея, Мария Филипповна, много лет проработала учительницей физкультуры в Свищевской средней школе. Отсюда и ушла на пенсию. И для нее нет лучшего места, чем Свищевка. Хотя с болью в сердце она соглашается с мужем куда-то переехать, лишь бы быть рядом с детьми, внуками.
Однако сыновья заупрямились.
- Останемся в Свищевке, - заявили они в один голос. Не могли Юрий и Андрей поступиться заветом деда: земля сильна хозяином! Дед часто напоминал внукам, чтобы они крепко держались за матушку-землю. Яков Андреевич воспитал у Юрия и Андрея не только любовь к земле, но и умение обращаться с ней, бережливо относиться ко всему святому, что есть на ней, передал им свои знания, навыки, воспитал доброту к людям.

После окончания десятилетки оба брата, не сговариваясь, поступили в Мичуринский плодоовощной институт на факультет агрономии. С разницей в один год (Юрий первый: он старший) окончили вуз и вернулись в родное село. Не гнушались никакой черновой работы. Оба имеют еще пристрастие к технике – проглядывается в этом роль отца. Андрей пошел дальше: ему подвластна электроника.

У братьев постоянная, словно незаживающая рана, забота: как сохранить село, как сделать, чтобы люди не уезжали из Свищевки. Формировали в коллективе подрядные отношения, переходили работать на коллективный подряд. Что-то получалось, а что-то и нет. Перелом наступил, когда Юрий Николаевич побывал в Мичуринском институте на курсах переподготовки кадров. Приехали выложил целую программу.

…И создали кооператив
- Надо брать все отделение в аренду, - сказал Юрий Николаевич сельчанам. А это 2600 гектаров сельхозугодий, из них – 1788 гектаров пашни, 250 коров, 30 лошадей – вся живность, которая осталась от многочисленного поголовья скота когда-то преуспевавшего бывшего колхоза имени Максима Горького. Вот только с кем возрождать все это?

В селе осталось людей на пересчет: 211 человек, из них 50 трудоспособных. Свищевцы ночей не спали, думали, прикидывали, взвешивали. Потом, на сходе, бурно обсуждали, как быть. Доверились братьям – Юрию и Андрею Зеленовым. Они – башковитые, самые грамотные в селе, с хозяйской жилкой. Не подведут! А тут перестройка. Она увлекла свищевцев.

Потом братья Зеленовы не раз ездили в контору совхоза «Иноковский», отстаивали и защищали интересы сельчан. В кабинете секретаря парткома В.В. Косова в присутствии генерального директора агрокомбината Н.Н. Широкова, директора совхоза В.В. Елисеева, председателя комитета профсоюза А.С. Кочепасова, главного экономиста Н.А. Облезниковой прорабатывали каждый пункт договора. А вскоре с согласия местных жителей заключили его, создав кооператив «Свищевский».

Начали с бани
Забот у арендаторов, как говорят, невпроворот. Однако начали с восстановления… бани. Отремонтировали помещение, установили в нем оборудование. Подвели к бане водопровод. Свищевцы заготовляют дубовые и березовые веники – хорошая примета! – значит, скоро будут поздравлять друг друга с легким паром.

Сев арендаторы провели, хотя и с немалыми трудностями – озимые пришлось пересевать, однако успешно. Своевременно подготовились к жатве: отремонтировали всю технику. Решают другие проблемы. Тракторы, комбайны лучше ремонтировать на месте. Намереваются возвести для этого ангар. Отсыпку полотна дороги с твердым покрытием от большака до Свищевки начали шефы – ДПМК, ПМК треста «Тамбовводмелиорация». Десять коттеджей будет возводить МПМК-1. Один из них планируют отдать под школу. В селе работает магазин. Арендаторы сами заботятся, чтобы не переводились в нем товары. Действуют почтовое отделение, филиал отделения Сбербанка. К услугам жителей фельдшерско-акушерский пункт.

В Свищевку люди начали приезжать семьями. Один из них – Виктор Степанович Самсонкин. По образованию он зоотехник. Его жена животновод. Оба думают посвятить себя развитию в селе молочного стада. Арендаторы развернули подготовку ферм к зиме. Отремонтировали часть коровников, заасфальтировали пригон, доильную площадку. Заготовляют для скота разнообразные корма.

Всей семьей – спорее
В большом доме Зеленовых, который виден издалека, произошло событие. Женился Андрей. Взял в жены, как и Юрий, из местных. Верой звать. Свадьбу справляли всем селом. Вера, как считают братья, быстро сошлась характером с Ниной, женой Юрия. Обе уважительно относятся к свекрови, свекру, поделили между собой заботы по хозяйству. У Марии Филипповны на попечении внуки, дети Юрия – пятилетняя Катя и четырехлетний Яков (назвали в честь деда), им с бабушкой всегда интересно: она и сказку почитает и придумает разные игры. Внуки занимаются спортом, растут здоровыми. Невестки и обед сготовят, и постирают, и за домашним скотом присмотрят: накормят его, напоят.

У Зеленовых заведено, чтоб и в доме, и на подворье был порядок. Лишняя палка не валяется где попало. Корма заготовлять – идут артельно, всей семьей. Подойдет уборка урожая на огороде – тоже все вместе. Так и дело идет спорее. Выдастся время для отдыха – сколько радости, веселья в этой большой, дружной семье.

Побольше бы людей, радеющих за землю
На полевом стане, усевшись поудобнее на запасную покрышку от трактора «Беларусь», мы рассуждаем с Юрием Николаевичем о сложностях нынешней жатвы.

- В кооперативе у нас много техники, а механизаторов одиннадцать, - говорит он. – На каждого из них приходится по три единицы – по два трактора, по одному комбайну. Однако люди не ропщут, в страдную пору трудятся за двоих, а то и за троих.

Был обед. К столовой арендаторы подъехали на выделенном транспорте. Повара Лидия Дмитриевна Максимова и Мария Уварова встретили их с радушием, поставили на стол приготовленные ими вкусные блюда. А рассиживаться, видимо, некогда.
- Через полчаса, - заметил Юрий Николаевич, - здесь никого не будет.

В поле нынче выращен хороший урожай. Все заняты его уборкой. Управленческий аппарат кооператива – семь человек. Лишь бухгалтер и экономист находятся в конторе, остальные – на производстве. Председатель кооператива Ю.Н. Зеленов занят решением многих проблем: тут и строительство, и налаживание взаимоотношений с людьми, со многими организациями. И в то же время не упускает из-под контроля поле, ферму.

Андрей Николаевич Зеленов – агроном. В тот день несколько часов он посвятил наладке комбайна «Дон-1500», который работает на обмолоте гороха. Беспокоится: там электроника, чтоб механизатор по ошибке чего не загубил.

Бригадир Николай Сергеевич Трутнев по образованию механик. Он решает многие организационные дела, ведет учет, отчитывается перед бухгалтерией, а когда надо, берется за наладку техники. На этот раз у стогометателя произошла поломка. Николай Сергеевич взялся за сварочный аппарат. Через десять минут механизатор отправился в поле с исправленным стогометателем.

Действительно, вскоре полевой стан опустел. Арендаторы, не теряя времени, продолжили борьбу за хлеб. Никто их не понукал, каждый обеспокоен за свое дело.

- Побольше бы нам людей, да таких, чтоб радели за землю, - прощаясь, обмолвился Юрий Николаевич. – Потом добавил:
- Кто пожелал бы приехать к нам, дали б в аренду землю, скот.

Когда мы уезжали из Свищевки, то услышали песню. Кто-то из механизаторов, направляясь после обеда в поле, залихватски, задористо пел: «Я прошу, я встаю на колени: возвращайтесь в село, мужики!»
В. Кузнецов.

02.08.1989
№ 123 (13685)

Наши оазисы
Страницы истории

Из Голынщинской восьмилетней школы в редакцию поступил интересный документ – ежемесячное приложение к «Учительской газете» «Методический путеводитель» за декабрь 1928 года. Издатель приложения, как и газеты, - «Работник просвещения», город Москва.

В путеводителе помещена большая статья О. Войцеховской «Наши оазисы» с подзаголовком «Из опыта Голынщинской школы» и пояснением на сноске: «Из материалов. присланных на конкурс. Голынская сельская школа (4-групповая) 1 ступени находится в Кирсановском уезде Тамбовской губернии».

Статья вся представляет немалый интерес. Но из-за ограниченности газетной площади мы публикуем из нее отдельные места и выдержки.

Голынская сельская школа принадлежит к тем редким жемчужинам, которые не могут не приковать наше внимание. Голынскую школу посещают многие для того, чтоб посмотреть, как строится советская трудовая школа, что можно сделать в условиях нашей действительности.

Вначале это была самая обыкновенная сельская школа, имеющая дореволюционное прошлое, как сельское народное училище, содержавшееся на средства земства. В наследство от старого строя школе досталось лишь хорошее каменное двухэтажное здание, находящееся и по сию пору в полной исправности. С первых же лет революции коллектив работает спаянно до сих пор, смело вступил на путь исканий и, руководимый опытной рукой заведующего, рос…

Самым ярким завоеванием Голынской школы, выдвигающим ее сразу на особое место среди массы сельских школ, является проведение школы продленного дня и школы круглого года… Учебные занятия в Голынской школе начинаются в сентябре и кончаются в мае. И сейчас же, без перерыва (педагоги чередуются для летнего отдыха), начинается летняя школа.

Вначале педагоги школы не ставили себе обширных педагогических задач – они были движимы одним желанием: не прерывать связи с учащимися в течение целого года, участвуя вместе с ними во всех моментах трудовой жизни населения.

Ввиду того, что население Голынщины бедно, малоземельно, почва неплодородная, землепользование примитивно, полевых культур мало, из огородных – один картофель низкоурожайного сорта, решили организовать детей вокруг сельскохозяйственного труда, культуру которого необходимо во что бы то ни стало поднять. Начали с посильной обработки своего пришкольного земельного участка величиной в ½ гектара и решили на первый раз развести только цветники (до сих пор деревня никогда не видала культурных цветов) и испытать несколько сортов картофеля и новых огородных культур, никогда не высевавшихся в данной местности.

Ввиду отсутствия опыта у самих педагогов, полного отсутствия средств и инвентаря, начали работу с небольшой суммы, собранной вскладчину. На эти деньги приобрели семена и кой-какой инвентарь (остальное дети приносили из дома)… Для создания заинтересованности и воспитания коллективизма педагоги разбили весь земельный участок на две равные части. Первая часть была отведена под индивидуальные грядки, вторая для коллективной обработки. Как и следовало ожидать, все ребята набросились на индивидуальные грядки, и никто не хотел работать на коллективном участке, который обрабатывался почти исключительно силами педагогического персонала.

Для большего привлечения детей и для организации разумного отдыха в промежуток между работами устраивались подвижные игры, маршировка. пение.

Понемногу к школе стали тянуться и другие дети, не участвовавшие в огородных работах, но ставшие постоянными участниками игр и развлечений… В периоды передышек летней страды стали заглядывать в школу и родители, любопытствуя, почему дети летом бегут в школу.

Эффект получился очень большой, когда расцвели первые цветы. Зрелище, совершенно не виданное в убогих условиях тамбовской деревни, привлекало массу зрителей не только из своей, но и из соседних деревень.

Еще большее впечатление произвели на детей и население первые овощи: редис, огурцы, репа, морковь, свекла, дыни. Многие крестьяне говорили, что никогда не ожидали, чтоб на их земле, которая стоила им стольких трудов, могли расти такие прекрасные овощи и цветы.

Видя достижения школы, крестьяне на сельском сходе постановили: выделить школе для производства сельскохозяйственных работ участок земли приблизительно в 2 гектара и через некоторое время прирезали еще 2 гектара… Этот пример полной добровольности отвода лучшего земельного надела школе в условиях безземельности населения является фактом огромной важности.

Здесь поставили себе задачу испытать наиболее удобную в местных условиях систему севооборота и привить новое травосеяние, необходимое для корма скота. С большим успехом была привита и получила широкое распространение в местном хозяйстве вика. Получены новые и лучшие сорта овса.

Обработка такого сравнительно большого участка земли уже не могла быть проводима силами детей и коллектива школы, и размеры школьного хозяйства и рост бюджета школы позволили частично привлечь наемную рабочую силу…

Кроме продажи плодов школа главным образом получала доход от продажи семян и рассады огородных растений и цветов. На полученные средства выписывались семена, увеличивался сельскохозяйственный инвентарь…

Главнейшие достижения школы в смысле сельскохозяйственных работ следующие: устройство опытно-показательного огорода, давшего следующие испытанные для данной местности сорта: огурцов – «муромский», капусты – «дитмарка», картофеля – «всегда хороший», затем разведение сахарной свеклы, очень выгодной для корма скота, которая никогда не разводилась в данной местности, а сейчас благодаря почину школы получила широкое распространение. Полевой участок земли дал опыт применения лучшего севооборота по системе четырехполья…

Что касается цветоводства, то и здесь школой предприняты большие начинания, имеющие не только эстетическую, но и общекультурную ценность. Грязные и неприглядные избы села украсились цветистыми кустами и пестрыми клумбами; кроме того, школьниками в порядке благоустройства очищены все колодцы, и сейчас там, где были кучи мусора и навоза, колодцы скрываются роскошными цветниками.

Теперь остановимся на педагогической стороне дела. Жизнь поставила перед детьми необходимость (большую, чем классная учеба) организоваться. Здесь возникли первые ячейки детского самоуправления, стойкие по своему трудовому содержанию и жизненной необходимости…

В летнее время для большего привлечения детей в школу и облегчения их тяжелой, скучной обязанности нянчить маленьких братьев и сестренок школа в течение нескольких лет приглашает всех детей-нянек вместе с их питомцами и организует на кооперативных началах уход за ребятами. Во дворе школы имеются для них песок и игрушки, и они играют здесь под наблюдением одного из педагогов и «дежурной няни» из детей. Остальные дети-няньки освобождаются для участия в общей работе школьников…

В настоящем году ставился опыт организованных занятий по системе дошкольной детской площадки и яслей…

Выписка из книги посещений школы, дата – 26 июля 1922 года.

«Ознакомившись с состоянием школы и ведением дела в ней, считаю нужным отметить организацию пришкольного музея и пришкольного хозяйства на земельном участке». Инспектор Наркомпроса И. Киселев.
Из той же книги, дата 8 мая 1924 года.

«Посещение случайное. Отрадное впечатление производит самостоятельная работа детей на грядках под руководством заведующего школой и школьных работников…

Музей при школе хорош и по идее и по содержанию. В классах имеются картины. Чувствуется инициатива и имеющийся опыт в применении трудовых процессов». Завед. уоно Д. Галкин.

Из резолюции коллегии отдела ОПУ Главсоцвоса по докладу т. Суслина, завед. Голынской школой; дата – 14 августа 1926 года.

«По докладу тов. Суслина коллегия отдела отмечает, что коллективом школы проделана большая и ценная работа: поставленные опыты в области сельского хозяйства (полеводства, огородничества, цветоводства) путем улучшения качества сельскохозяйственной продукции не только в своем хозяйстве при школе, но и в районе дали положительные результаты».

Выписка из газеты «Тамбовская правда» от 12 июня 1927 года; заметка, озаглавленная «Деревня» (первая в губернии).

«Голынская школа I ступени, Кирсановского уезда, по постановке работы является первой в губернии. Работает она круглый год. Крестьяне посылают своих детей в эту школу охотно, так как польза от посещения школы очевидна. Особенно заслуга школы – ее работа по сельскому хозяйству…

Каждый учащийся школы у себя имеет опытную грядку. Посажены на ней семена улучшенных огородных растений, выданные школой. Эти грядки регулярно обходят учителя.

Крестьяне – родители учащихся, видя разницу в доходах от своих грядок и от грядок детей, постепенно переходят на улучшенные способы обработки огородов».

Из протокола заседания Голынского сельсовета от 26 апреля 1927 года. По заслушании доклада заведующего школой т. Суслина постановили:

Работу школы признать вполне удовлетворительной, отметив за год следующие достижения школы: 1) удлинение учебного года, 2) рост количества учащихся в старших годах обучения, 3) хорошее хозяйственное и санитарное состояние школы, 4) организацию переплетной мастерской, 5) организацию кружка рукоделия для девочек, 6) летнюю работу учащихся на школьном огороде и своих (домашних) грядках, 7) правильное использование полевого участка, являющегося рассадником полевых культур, 8) распространение школой среди населения улучшенных сортов огородных культур для сельской школы, ставящие ее на ряду с лучшими перлами нашей советской трудовой школы.
О. Войцеховская.

19.08.1989
№ 133 (13695)

Наследство романтиков

Сегодняшняя молодежь, отвечая на просьбу назвать отличительные черты комсомольской деятельности 20-х годов, прежде всего называет романтику.

Что и говорить, эмоциональные рассказы ветеранов, художественная литература сделали свое дело, создав образ времени, навеянного благородными порывами, песнями, зовущими к победам невероятного энтузиазма.

История комсомола двадцатых в нашем сознании – светлое пятно, заслоненное потом тучами сталинизма. Во многом это соответствует истине. Однако истина эта слишком относительна, т.е. никакой исторический период нельзя представлять сплошным пятном. Надо помнить и о последствиях периода предыдущего, и о зреющих предпосылках нового времени.

Сегодня мы обратимся к периоду перехода к новой экономической политике – 1921-1923 годам. В публикациях местных газет о комсомоле их нередко даже не отделяют от времен военного коммунизма, предпочитая выражения типа «комсомольцы гражданской войны и двадцатых годов». Между тем, эти периоды и в истории комсомола резко отличаются. О том, каковы последствия политики военного коммунизма для комсомола, ярко свидетельствует «Общий обзор работы на 1921 год» Тамбовского губкома РКСМ. «Отрыв активистов от масс, совершенное отсутствие самодеятельности в самих классах, бюрократических подход к работе (скорее бумажный), отсутствие внутренней работы остро давали себя чувствовать в начале 1921-го года». Потом все силы тамбовских комсомольцев были отданы борьбе с развертывающимся антоновским мятежом. И лишь в конце 1921 года комсомольцы принялись за излечение своего союза.

Бесспорно, в истории комсомола времен гражданской войны есть своя романтика. Это романтика фронта, романтика, пропитанная потом и кровью мальчишек, уходящих воевать в 14 лет. Этой романтике легко завидовать, смотря фильмы или читая книги. Такой романтики нам лучше не надо. Ее недавно наши ровесники вдоволь в Афганистане отведали. Романтике мирной, будничной же нам стоит поучиться у комсомольцев двадцатых годов. Переход к нему был для многих из них болезненным. Некоторые вообще не видели смысла комсомольской работы в новых условиях. Благо, спасала вера в новый революционный подъем, мировую революцию, которая, судя по резолюции октябрьского пленума (1923 г.) Тамбовского губкома РКСМ, «пододвинулась вплотную».

И все же комсомол постепенно набирал силу. Это было связано прежде всего с тем, что союз в многом брал на себя функции социального защитника молодежи. Сыграла большую роль просветительская работа комсомола (в тех условиях приобщение к комсомолу иногда было чуть ли не единственной возможностью получить минимальный запас знаний).

Немаловажную роль сыграло и то, что в союзе стал все более проявляться отход от текущей бюрократизации, учитываться совет пользующегося огромным авторитетом среди коммунистической молодежи Н.И. Бухарина: «Нужно принять за правило, что подходить к молодежи так, как подходят к взрослым, нельзя, что необходимо считаться с психо-физиологической конструкцией молодежи». По мнению Бухарина, «если мы на фронте воспитания чувства не выполним наших задач, если мы будем душить публику одними циркулярами, мы ничего не сделаем».

В этой связи хочется процитировать журнал Тамбовского губкоммола «Активист» (его размножали в десятках экземплярах на печатной машинке). В первом номере журнала в январе 1924 года Насонов, член бюро губкома, писал: «Нечего гордиться и жить прошлым энтузиазмом, а вот нужно суметь влить энтузиазм в будничную работу, которая требует не только исполнительности, но и горячей веры в наши силы, и это цель и горячей работы».

«Горячей» работу, по мнению все большего количества комсомольцев, можно было сделать лишь самим, предав своей работе дух революционного романтизма, жизнелюбия и добра.

Все в том же номере «Активиста» довольно убедительно, несмотря на публикацию следом мнения начальствующего оппонента, комсомолец Колачинский показывает опасность противопоставления «серьезной» и «занимательной» работы. Отмечая случаи, когда за пропуск собрания или нравоучительной беседы комсомольца карают выговором, а то и исключением из союза равно как за посещение увеселительных мероприятий, Колачинский делает упор на то, что «собрания и политзанатия» противопоставлять спектаклям, пению и вообще развлечениям нельзя»… Они должны дополнять друг друга, Колачинский подчеркивает: «Ведь какие бы гонения не открывались на танцы, пение, спектакли, развлечения, они существовать будут нелегально (вне закона). Но при этом примут безобразную, уродливую форму. Нужно поэтому удовлетворение чувств узаконить, влить в правильное русло, взять, так сказать, под свою опеку».

Спустя всего год «крамольные» мысли Колачинского звучат в той или иной интерпретации с трибуны XI Тамбовского губсъезда РКСМ во многих выступлениях. Делегат Кантемир, например, призывает использовать для политического просвещения гармошку. В комсомольской печати он предлагает завести уголок частушек, «какими можно воспитывать молодежь». Л. Ильев отмечает, что если поставить хорошенько культработу в деревне, то и пьянства не будет.

И предложения эти начинают реализовываться. Появляются, например, в газетах частушки, о которых говорил Кантемир. Приведем для примера две из них:

Комсомол, наш комсомол, -
Ты большое звание.
Без тебя нам, комсомол,
Лишь одно страдание.


Запишусь в комсомол –
Поделюсь заботою.
Обучусь я грамоте –
Сама поработаю.

Частушки, наполненные новым содержанием, не только публикуются, они звучат в самых отдаленных от губцентра селах. Об этом рассказывают отчеты инструкторов укомов, хранящиеся в Тамбовском партийном архиве.

В ту пору очень популярной и чуть ли не единственной формой отдыха деревенской молодежи были посиделки. Инструктор Липецкого укома, обследовавший Бутырскую ячейку, так описывает их: «Девушки собираются небольшой группой, складываются на мясо и блинцы, которыми они кормят явившихся вечером с гармошкой ребят, и опять начинают плясать, петь, играть». Далее инструктор укома продолжает: «Комсомольцы противопоставили спектакли и комсомольские вечеринки с лекциями, читками. Молодежь ходит на них, но не бросает и свои обычаи».

Губком комсомола ставил задачей учитывать и особенности летнего периода. В своих инструкциях он подчеркивал, что «политбеседы должны проводиться в более романтической обстановке, чем зимой. Вечером – у костра, днем – в саду, в зелени, в беседках, и в походной, и лагерной обстановке, иллюстрируя беседы инсценированием тех или иных революционных событий и громким чтением революционных романов и газет».

Многотысячными митингами с факельными шествиями, инсценированием классовых сражений отмечались революционные праздники. Целая неделя с лекциями, спектаклями, концертами прошла, например, в честь прилета с пропагандистскими целями аэроплана на тамбовскую землю. В Кирсанове было развернуто соревнование за право пролететь на самолете.

Уроки романтики двадцатых годов учитывать необходимо, но ни в коем случае нельзя отмечать лишь положительные ее черты. Как ни жестоко звучит это по отношению к ветеранам, в начале двадцатых годов уже зрели кровавые плоды сталинизма.

Помните, В.И. Ленин в своей речи на III съезде РКСМ подчеркивал, что необходимо взять все лучшее из культуры дореволюционной. К этим словам местные комсомольцы прислушались лишь отчасти. Романтизируя свою деятельность, подавляющее большинство комсомольских активистов начала двадцатых годов считало нужным отбросить все старые развлечения. Одним махом они были намерены преобразить весь мир так, как считали нужным.

Посушим все болота,
Разработаем пустырь,
Заблестит в них позолота
На картинках во всю ширь.
Революции машина
Мир пройдет на всех парах,
Пролетариям на славу,
Тунеядцам всем на страх! –
писал тогда кирсановский самодеятельный поэт Гарелин (а стихотворчеством увлекались многие комсомольцы).

Общегородское комсомольское собрание Кирсанова 24 апреля 1923 г. постановило: «Танцы прекратить с сего числа. Сквернословия прекратить к 1 Мая».

Им было не понять, что приказом, без кропотливой воспитательной работы сквернословие не изжить. Нарастающее далее администрирование показало лишь, что оно ведет к нарастанию и таких негативных явлений, как сквернословие, которое стремятся запретить.

Танцы пытались истребить, как явление нэпмановское, чуждое пролетариату. За танцы исключали из комсомола.

Ныне многие ветераны нигилистически относятся к современным танцам и песням молодых. Полезно в этой связи вспомнить уроки танценетерпения начала двадцатых годов, которые лишь способствовали снижению авторитета комсомола.

Комсомол проповедовал революционный аскетизм, в котором и видел романтику. Комсомолец был мало связан со своей семьей. «Он привязан к комсомольской братве, интересуется общественной жизнью (читает газеты, ходит на митинги, собрания, сходы и т.д.) – говорилось в принятом в мае 1923 года в развитие устава постановлении бюро Тамбовского губкома РКСМ «Каким должен быть комсомолец».

Принципы общечеловеческой морали, такие как любовь к ближнему, предавались поруганию, а классовая мораль часто понималась, как сплошное жертвоприношение молоху революции.

Так, губком усердно проповедовал среди населения игру для детей младшего возраста, суть которой в следующем. Все играющие дети становятся в круг, беря друг друга за руки, один из них ходит по кругу. Все вместе поют:
Ходит он, ходит с целью одной,
Ищет по стране по родной
Врагов власти трудовой,
Врагов власти трудовой.

Поочередно ведущий выхватывал из круга «толстого буржуя – туполобого оболдуя», «длинногривого попа – кровососного клопа», «деревенского кулака – мирового паука», «папиросного мальца – хулигана-огольца» и так далее, как указывается в сценарии (игру, мол, можно продолжать до бесконечности).

«Внедрение романтики среди нашей юной смены даст плоды», - подчеркивалось на XI губсъезда комсомола. Оно и дало плоды. Воспитание этой игрой, в частности, способствовало тому, что реальность тридцатых годов, когда это поколение возмужало, была во многом похожей на эту игру. За словами «и так далее» из ее сценария были тысячи исковерканных жизней людей, объявленных «врагами власти трудовой».

Но вернемся к началу двадцатых годов. Революционная романтика захватывала все новые области комсомольской работы. Коснулась она и атеистической пропаганды. Одна из кирсановских комсомолок того периода Ольга Степановна Павлова вспоминала: «Старушки, бывало, в церковь идут пасху праздновать. Да и не только старушки, тогда верили в бога чуть ли не поголовно. А мы на площади свою, комсомольскую пасху устраивали, точнее – антипасху. Играет оркестр и в то время, как они богу молятся, мы на площади чучела богов сжигаем». Эмоциональный антирелигиозный запал двадцатых годов далеко не всегда сопутствовал утверждению последовательных атеистических взглядов тогдашних комсомольцев (об остальном населении и говорить нечего). Значительно более он способствовал утверждению пренебрежения, по мнению инакомыслящих, перенесению его и на ценности культуры, созданные под покровительством церкви. В архивных документах 1924, 1925 годов часто встречаешь факты, подобные сообщаемым в апреле 1925 года из Борисоглебского уезда: «В Терновке комсомольцы заходят в церковь, чтобы позлить крестьян. Не снимают фуражек, закуривают, грызут семечки и совершают ряд других поступков. Им интересно, что на них злятся».

Романтика коснулась и печати. Это был расцвет корреспондентской активности молодых. Расцвет стенной печати, период распространения десятков рукописных журналов. Под их романтизацией понималось прежде всего интересность материалов. Читая некоторые из них, поражаешься едкости сатиры, образности языка. непреходящей ценности мыслей. Но авторов большинства материалов той поры установить практически невозможно, так как подписаны они безликими псевдонимами типа «Красный», «Бедный», «Обездоленный» и т.д. Историки обычно объясняли это условиями, опасностью расправы за критику. Верность данного утверждения понижается пропорционально отдалению от времен гражданской войны. Дело чаще было в другом. Юным авторам, стремящимся к романтике, было приятнее поставить загадочный псевдоним. Для некоторых же это было попросту гарантией от критики корявости стиля. Наиболее принципиальные выступления, как правило, подписывались все же фамилиями. А псевдоним часто сопутствовал безликой статье, наполовину переписанной с другого издания.

Нельзя говорить и об оправданности псевдонимов авторов критических выступлений, если речь идет не о разоблачении матерых контрреволюционеров. Зачем, ответьте, прикрываться псевдонимом, если критикуешь своего товарища по союзу? Не исходят ли из этой газетной анонимности истоки массового доносительства тридцатых годов.

Импонировало, когда секретарь губкоммола рассылает товарищеские письма в села губернии, начиная их словами «Здорово, ребята» и кончая «С комсомольским приветом, Ленька Ильев». В этом для нас, еще совсем недавно боявшихся не назвать комсомольского вожака по отчеству, есть тоже определенная романтика. И все же излишняя романтизация даже в письмах вредит. Вот пишет с такими же обращениями тот же Ильев один и тот же текст всем секретарям укоммолов перед отъездом в Москву 15 июня 1923 г. и далее напутствует их: «Надеюсь, что когда приеду обратно, никакой ерунды у вас в уездах не создастся»…

«Энтузиастическое отношение и экзальтированность, свойственные молодежи, могут легко перейти в болтовню», - говорил Н.И. Бухарин. Подтверждений этому в истории комсомола двадцатых годов, к сожалению, очень много. С целью развития энтузиазма масс с большим энтузиазмом в комсомольскую деятельность внедрялась романтика. Но со временем романтизация проводилась все больше ради самой романтики. Понимаемая вначале как мостик к вовлечению в революционное строительство новых слоев, как путь к преодолению бюрократизации, она захватывалась плановыми показателями.

Карнавалом или игрой с политическим уклоном можно (при этом довольно сильно) привлечь внимание к той или иной проблеме, заинтересовать ею, но для осознания этой проблемы, нахождения путей ее решения нужна кропотливая идеологическая и организационная работа.
А. Слезин,
преподаватель истории
КПСС ТИХМа.

Авиатехучилище.
Что нового?

Почти каждый год накануне профессионального праздника авиаторов наша газета публикует материал о делах и заботах коллектива Кирсановского авиационно-технического училища гражданской авиации. Не изменил «Ленинец» установившееся традиции и теперь. Его корреспондент ведет беседу с начальником училища В.В. Гоцевым.

Корр.: Владислав Васильевич, поскольку училищу в этом году исполнилось уже 29 лет, то кирсановцы знают о нем достаточно полно. Поэтому есть смысл поговорить лишь о переменах, какие произошли за последний год. Начнем, например, с такой перемены. В прошлом году мы с вами встречались как с заместителем начальника училища по политической работе. Теперь вы начальник училища. Расскажите коротко о себе. Ведь вы, кажется, выпускник этого училища?
В.В. Гоцев: Да, я закончил Кирсановское авиатехучилище в 1962 году. После работал в гражданской авиации, на заводах авиационной промышленности, служил в армии. За это время кончил вечернее отделение Казанского авиационного института. В 1970 году приехал в родное училище на должность преподавателя. Решающую роль в возвращении сыграло то, что я уроженец Тамбовщины (районного центра Сосновки). А родина всегда влечет.

В 1972-1973 году прошел годичные курсы при академии гражданской авиации в Ленинграде. Был назначен заместителем начальника училища по политической работе. С первого марта 1989 года, после оформления на персональную пенсию бывшего начальника училища Дмитрия Андреевича Миронюка, переведен на должность начальника.

Корр.: Коли речь зашла о смене руководства училища, то скажите о своем замполите. Кто он?
В. В. Гоцев: Тоже бывший выпускник Кирсановского авитатехучилища Александр Егорович Пунт. Позже он тоже закончил авиационный институт. Работал в Казахстане. Переведен сюда. Был авиатехником, потом инженером училищного учебного аэродрома. С первого марта – заместитель начальника по политической работе, или, как вы сказали, замполит.

Корр.: А теперь, пожалуйста, о других переменах, в первую очередь, тех, какие выдвинуты требованиями времени к подготовке молодых специалистов.
В.В. Гоцев: Коллектив старается следовать духу перестроечных процессов, идущих в стране. В целях активизации деятельности курсантов как будущих специалистов они введены в состав педагогического совета, чего раньше не было. На самостоятельное решение курсантам отдан целый ряд вопросов внутриучилищной жизни, касающихся, например, их отдыха, предоставления отпуска в праздничные дни (это теперь решает только учебная группа). Среди новшеств того же порядка – более частые встречи руководителей и воспитателей с курсантами по принципу открытого диалога. Вообще теперь стараемся больше беседовать с людьми, чем давать указания.

И еще одна большая и важная перемена, правда, не зависящая от нас. Нашим курсантам снова введена отсрочка от службы в армии на период учебы. В связи с этим и в связи с тем, что на учебу возвращаются курсанты, прошедшие срочную военную службу. набора на первый курс наше училище, как и все учебные заведения гражданской авиации, в этом году не проводило.

Корр.: А есть уже данные о возвращении курсантов? Все ли они захотят продолжить учебу?
В.В. Гоцев: Стопроцентного возврата, возможно, не будет. А процентов 80-90 возвращаются. И план по конечному выпуску авиаспециалистов мы должны выполнить. Правда, из-за того, что первого курса в наступающем учебном году не будет, возникли немалые трудности с перепрофилированием и трудоустройством преподавателей. Но и этот вопрос в основном решен.

Корр.: Владислав Васильевич, что еще способствует повышению качества авиационных специалистов? Ведь вопрос обостряется тем, что авиапредприятия перешли или переходят на хозрасчет, они оснащаются новой техникой, и поэтому повышают спрос к качеству обучения авиатехников.
В.В. Гоцев: Все верно. Но надо сказать, что нашими выпускниками, работающими, кстати, во всех аэропортах страны, в целом довольны. Как правило, их оценивают как грамотных и дисциплинированных специалистов. При моей недавней поездке в Куйбышевский авиаотряд его руководители, например, прямо заявили, что им нужны только кирсановские авиатехники. Еще одно подтверждение доброй репутации наших выпускников – тоже совсем недавняя фотография на первой страницы газеты «Воздушный транспорт» нашего бывшего курсанта Летифа Эфендиева, работающего ныне в Забратском объединенном авиаотряде. Он заснят с выпускником другого учебного заведения, а в подписи говорится: «Их педагогам за ребят краснеть не нужно». Можно привести много других подобных примеров, сказать и о том, что многие выпускники училища занимают большие руководящие посты. Но нельзя умолчать того, что случается в нашей работе и брак. Бывает, сами отчисляем несостоявшихся курсантов из училища. Бывает, расстаются с ними в производственных подразделениях. Поэтому качество учебы стараемся повышать. Для этого принято решение с наступающего учебного года не допускать условного переведения с курса на курс, а неуспевающих отчислять.

Стараемся быть в ногу и с техническим переоснащением авиации. Училище ждет поступления для обучения курсантов самолета нового поколения – ТУ-204, который должен вступить в эксплуатацию в тринадцатой пятилетке. У него больше автоматизированных систем управления, и потому для обслуживания требуются специалисты с интеллектуальным уклоном. Училище готовит сейчас преподавательские кадры. Преподаватели командируются для переучивания на авиазаводы, в НИИ. Уже прошли такое переучивание преподаватели З.А. Аймалов, Б.С. Купчик. Скоро поедет в такую командировку Н.П. Карпов. А позже начнется переподготовка преподавателей на Л-61, самолет, поставка которого училищу тоже запланирована.

Курсантам глубже усваивать материал будет помогать дальнейшее расширение видеообучения. С января 1989 года в училище оборудовано замкнутое телевидение, в частности, классов, комнат отдыха. По заявкам преподавателей и воспитателей училища телестудия вдет передачи видеозаписей хроникальных, документальных, художественных фильмов, выступлений преподавателей. Выполняет повторный их заказ. А чтобы расширить видеообучение, училище приобретает еще три видеомагнитофона «ВМ-12». Кроме того, в ближайшее время ожидается поступление класса вычислительной техники.

Корр.: А что делается для курсантов и работников училища в социальном плане?
В.В. Гоцев: В последнее время улучшены условия работы библиотеки. Она переселилась в более просторное помещение, где намного просторнее и читальный зал. Прежнее библиотечное здание отдано училищному комитету ДОСААФ, и это позволит большему числу желающих участвовать в военно-прикладных видах спорта. Есть в социальном лане у нас очень больной и острый вопрос – строительство котельной. Есть документация на это, может быть открыто финансирование, но до сих пор не можем решить вопрос со строительной организацией. Беды наши известны Совету Министров РСФСР, но помощи пока нет. Сейчас питаем надежду на народного депутата СССР Е.М. Подольского, который принял от нас наказ в отношении котельной. и тот уже утвержден на сессии облсовета. А раз не решен вопрос с котельной, то не может вестись речь о строительстве жилья и других объектов, в которых у училища тоже есть нужда.

Корр.: И последнее, Владислав Васильевич. Скажите очень коротко о помощи коллектива труженикам села.
В.В. Гоцев: Нами обработано сорок гектаров сахарной свеклы, сдано 120 тонн зеленого корма. На уборке урожая пять курсантов работали помощниками комбайнеров в колхозе «Рассвет». А водители училища вместе с машинами трудятся на перевозке зерна в колхоз «Память Кирова». В этом году небывало большим был наш строительный отряд. Он состоял из 170 человек. Члены его работали в Кирсанове, Уварове, Тамбове, в Крыму. А в заключение хочу сказать: коллектив настроен на хорошую работу. Он правильно понимает свои задачи, верно оценивает обстановку. Думаем, что выпуск авиационных специалистов в 1990 году будет неплохим.
Интервью провела
Е. Уривская,
корр. «Ленинца».

29.08.1989
№ 138 (13700)

Правда о сахаре

- Евгений Семенович, как известно, в начале августа вы принимали участие во Всеросоюзном семинаре-совещании в Воронеже по вопросам усиления политической и организаторской работы партийных, советских и хозяйственных органов по обеспечению уборки, переработки сахарной свеклы и наращиванию производства сахара с целью улучшения снабжения им населения. Какие надежды в связи с этим появились у вас, одного из производителей такого ныне дефицитного продукта, что на него, по сути, по всей стране ввели талоны?
- Вообще-то за долгие годы директорства я бывал на совещаниях подобного рода много раз. Но впервые отмечаю, что такого серьезного разговора о сахаре, не только о сахарной свекле не было. То есть речь в Воронеже шла о широком аспекте проблем, связанных с производством сахара. Причем обо всем было сказано заостренно откровенно, без известной всем дипломатии. Особенно в докладе члена Политбюро ЦК КПСС, Председателя Совета Министров РСФСР А.В. Власова, а на другой день семинара-совещания – в выступлении члена Политбюро ЦК КПСС, секретаря ЦК КПСС Е.К. Лигачева, да и в других выступлениях – ученых, практиков, руководителей разного ранга.

Ведь раньше официально нам внушали, что ликвидация свободной продажи сахара произошла потому, что им воспользовались самогонщики. Но, как отметил Егор Кузьмич Лигачев, такое объяснение представляется односторонним, далеко не полным. Ведь по данным Госкомстата СССР производство самогона в стране в последние три-четыре года не увеличивается, а снижается.

Дело в том, что идет снижение производства сахара. Так, в прошлом году по сравнению с 1987 годом производство сахара сократилось на 1,6 миллиона тонн, или на 12 процентов. Страна в целом выполнила план трех лет пятилетки его выпуска лишь на 89 процентов. За такое же положение была подвергнута критике в Воронеже и Тамбовская область. Заводы области, в том числе и наш, оказались в большом долгу перед государством в этом вопросе.

Причин, как выясняется, две: в низких урожаях сахарной свеклы и потерях при хранении и переработке ее на заводах. Мы неизменно подчеркиваем, что за последнее время в нашем районе повысилась урожайность сахарной свеклы, и это правильно. Но мы все еще не достигли даже средней урожайности по стране, а она, например, за прошлый год составила 261 центнер, у нас же только 210 центнеров. Правда, район стал выполнять планы продажи сахарной свеклы, но этого сейчас, как видите, мало. Беспокоит всех нас и то обстоятельство, что снижается сахаристость корней. На совещании были приведены такие данные. Самая высокая она была в 1971-1975 годах и составляла в среднем за год 16,4 процента, за последние же три года – 16,0 процента. И только на этом было потеряно 200 тысяч тонн сахара, которого бы хватило почти пяти миллионам человек в течение года.

Хватает непроизводительных потерь и во время хранения и переработки свеклы на заводах, в том числе и на нашем. И происходит это потому, что оборудование имеет очень большой износ, а новое поступает не в том количестве да и не такого качества, и виноваты в этом машиностроители.

Поэтому перед всеми нами поставлена ответственная задача: дать больше свеклы с поля, больше сахара с завода.

И принятые в последнее время меры говорят за то, что положение должно улучшиться. По крайней мере, есть полная уверенность, что все районы нашей зоны перевыполнят план продажи сахарной свеклы и завод выполнит доведенное задание по выработке сахара. И к этой работе мы приступим с шестого сентября.

Пока же положение в Российской Федерации, как отметил в Воронеже А.В. Власов, складывается так, что ресурсы сахара уменьшились втрое против нормы и в сентябре могут быть исчерпаны полностью. Но выход найден. В этом году Совет Министров РСФСР разрешил оставлять в распоряжении местных органов до 50 процентов сахара, выработанного сверх государственного заказа за счет сверхплановых закупок сахарной свеклы и повышения ее сахаристости.

- Пожалуйста, поподробнее об этом…
- У нас есть договор с 12 хозяйствами района на сдачу нам на переработку 5600 тонн сахарной свеклы, посеянной на корм скоту. По такому же пути идут и свекловоду Уметского, Гавриловского, Инжавинского районов нашей зоны, а также Пичаевского района, который обычно вывозит сахарную свеклу для переработки на завод в Заметчино Пензенской области. В общей сложности давальческой сахарной свеклы из пяти районов мы должны переработать 15000 тонн. При этом поставлено условие, что выход сахара из нее должен составлять 9,5 процента. Правда, этого добиться очень трудно – сейчас сахаристость в свекле всего 13 процентов. Но мы идем на это.

Раскладка произведенного сахара будет такой. Как было уже сказано, 50 процентов его пойдет хозяйствам-свеклосдатчикам. Им они могут распорядиться по своему усмотрению – продать по льготной или по полной цене членам своих коллективов или обменять на что-то дефицитное. 45 процентов сахара пойдет торговле для удовлетворения нужд городского населения, а 5 процентов – для поощрения работников завода.

В связи с тем, что эта свекла будет сдаваться как давальческое сырье, то и расчеты будут отличаться от тех, которые ведутся за свеклу в счет госзаказа. В частности, расходы на транспорт за доставку свеклы должны взять на себя хозяйства-сдатчики. Кроме того, за каждую тонну сданного сырья, за то, что мы выработаем из него сахар, должны платить нам 280 рублей.

- Видимо, речь идет не об экономической выгоде от этого хозяйству или заводу, а о том, чтобы обеспечить людей сахаром?
- Вот именно. И все же мне кажется, что интерес есть взаимный. И потому надо строго соблюдать разработанный график поставки давальческой свеклы на завод. Завод мы должны представить государственной комиссии для приемки 29 августа и уже с 31-го начать вырабатывать сахар. Пока будет задействован диффузионный аппарат, поэтому в сутки будем перерабатывать 1500 тонн свеклы. И надо сделать так, чтобы закончить переработку давальческого сырья к шестому сентября, так как этот день определен началом работы над госзаказом. Кстати, оставшаяся непереработанной до этого дня свекла будет уже включаться в план сдачи свеклы государству.

- Вполне понятно, сам собой напрашивается вопрос, а как завод подготовился к сезону переработки?
- Это сначала скажет госкомиссия, а по окончании сезона – наши показатели. Вообще мы нынче настроены значительно улучшить свои производственные и экономические показатели, а они у нас в прошлом году было очень и очень невысокие. Наш завод на семинаре-совещании в Воронеже критиковали за низкую готовность к сезону. Из этой критики были, как говорится, сделаны соответствующие выводы и сейчас завод готов выполнить свою задачу. Кстати, его мощность увеличена на 100 тонн переработки свеклы в сутки, и это уже немало.

- Есть ли что-то новое в правилах приемки сахарной свеклы, по крайней мере, отличное от применяемого ранее?
- Мы, если можно так выразиться, давали два льготных года по сдаче свеклы с повышенной примесью зеленки с тем, чтобы сдатчики научились обеспечивать сдачу сырья согласно ГОСТу. Но мне кажется, что этому научился только совхоз «Кирсановский». Все руководители, секретари парторганизаций, главные агрономы и инженеры колхозов и совхозов были там буквально в прошедшую субботу на семинаре по организации копки свеклы и видели, как там регулируют технику на качественную уборку и подготовку сырья к отправке на завод. И так должны поступать все свеклопроизводящие хозяйства. А так требования ГОСТа остались прежними.

Но увеличилась мощность заводского свеклопункта. Теперь у нас двенадцать БУМов, причем половина из них предназначена для разгрузки одновременно двух большегрузных автомобилей. Раньше таких БУМов было на два меньше. Перевозка свеклы будет осуществляться по часовому графику.

- В заключение нашей беседы хочется пожелать коллективу завода действительно добиться в этом году перелома в производстве сахара.
- У меня такое же пожелание и свекловодам, ведь это в очень большей степени зависит и от них, ведь мы соратники в этом деле.
В. Калинин.